от игры pc rovio

2017-08-20 15:30




Весна! Сквозь джинсовые прорези пробиваются первые робкие коленки...


Раздумья одной женщины, высказанные вслух: Завести что ли собаку... или мужа...






УБРОКА ОГУРЦОВ В ВЕНГРИИ Песню эту в прошлом веке Напи сал Знаменитый композитор Ференц Лист. Посвятил он песню эту Огур цам – Огурцы мадьяру, что киТайцу рис! ……………………………………….. …Эй, мадьяры, бросьте все своИ де ла – Хоть пожар у вас, хоть наводНени е! Все бежим мы на уборку Огур цов – Огурцы не терпят промедЛени я! Иштван – ты кричишь, что Дьердя Дом го рит И рожать надумала твоЯ же на? Ошалела баба - пусть поТом ро дит, А сейчас на грядки пусть беЖит о на! Дьюла, брось там зажигать поВсюду свет – Нам терять секунды – преступЛени е! Шандор, плюнь влезать на свой веЛоси пед - Дорого нам каждое мгноВени е! С воплями бежит хирург на Ого род, Бросив Имре под наркозом На сто ле! Растолкайте Имре – следом Пусть де рет, Да не в дверь, в окно - оно, поДи, ско рей! Имре умер?.. Нам сейчас не До то го, Огурцы не ждут – потом отТащи те, Похороним после битвы - Ну е го, Гроб – скорей, на грядки, вместо Ящи ка! Кто там, пробегая мимо В этой тьме, В этой суматохе выдрал Мне у сы? Молодец – я ставлю всем в приМер е го, Коль подумал вдруг, что это Огур цы! Что там - свалка у ворот на Ого род?.. Руки, ноги, шеи пусть лоМают ся – Нам сейчас не до того, моМент не тот Из-за всякой чуши дурью Маять ся! Гибнут люди в суматохе – Напле вать, Битва в нашу пользу скоро Кончит ся! И не стоит нам о павших Горе вать – Всем погибшим воздадим мы Поче сти! Скрежет, вопли жертв и зареВо кру гом, Грохот, катастрофы, столкноВени я - Все поляжем на уборке, Все ум рем, Но никто примет пораЖени я!!!


Решили мы с супругой провести длинные зимние выходные на даче. Красота, морозец, печка, коньячок, полная веранда новогодних ништяков. Второго января вдруг звонок: «Чуваки, я видел, это у вас из трубы дым? Ждите, ща буду!» Это Пашка, экстремал и выживальщик, буквально русский Беар Гриллз, друг моего сопливого детства, приметил нас из соседнего дачного поселка. Минут через пятнадцать появился на снегоходе, извлек из-за пазухи бутыль вискаря, сгреб нас в охапку с радостными воплями, и вскоре мы уже сидели у камина, предаваясь чревоугодию и пьянству, одновременно слушая Пашкины истории из жизни. Рассказчик он прирожденный. Ему бы книги писать. А супруга моя к хорошим крепким напиткам питает большую слабость, но много алкоголя в нее не лезет. Очень выгодный она собутыльник: начинает клевать носом, когда остальные только начинают ощущать улучшение настроения и легкость в мыслях. На самой середине одной из душераздирающих историй (Пашка один, без лодки и сотового, на островке посреди разлившейся реки, мокрый с ног до головы, на дворе плюс пять) она роняет голову мне на плечо и начинает тихонько похрапывать. Пашка благоразумно не лезет на снегоход поддатым, ложится спать в соседней комнате, а ранним утром по морозцу усвистывает на свою базу. Супруга просыпается, медитирует над кофеваркой в пижаме, напевает что-то, еще сонно жмурится, и вдруг оборачивается ко мне, глазищи – по шесть копеек. Слушай, говорит, я же вчера уснула. Ты мне скажи, Пашка-то на острове, он там как, жив остался? Почему я ржу, до нее дошло только после первой чашки кофе.